→ Технический вопрос: Как Айвазовский писал картины и как их правильно смотреть. И. К. Айвазовский: биография и творчество, интересные факты Айвазовский иван константинович биография

Технический вопрос: Как Айвазовский писал картины и как их правильно смотреть. И. К. Айвазовский: биография и творчество, интересные факты Айвазовский иван константинович биография

Известный маринист XIX века Иван (Ованес) Айвазовский родился 200 лет назад в Феодосии, в семье разорившегося армянского купца. Отец Константин (Геворк) переехал в Феодосию из Галиции, куда в XVIII веке переселились его родители из Западной Армении.

"Отец Ивана был купцом. Владел шестью языками. Переехав в Феодосию, он свое непривычное для русских имя Геворг заменил именем Константин. Здесь же родился будущий художник Ованес Айвазян", — сказал в беседе с корреспондентом Sputnik Армения заслуженный деятель культуры Армении Шаген Хачатрян.

Отец будущего мариниста стал писать свою фамилию с приставкой "hay" (в переводе с армянского - армянин). В русском языке буква "h", была заменена на "г" — так появилась фамилия Гайвазян.

Позже семья художника числилась в документах как Гайвазовские, на польский лад. Иван Гайвазовский уже с малых лет проявляет талант художника. Он рисует на стенах домов Феодосии разные пейзажи, в которых обязательно присутствует море. В то время градоначальником Феодосии был Александр Казначеев. Однажды, прогуливаясь по улицам города, он увидел подростка, рисующего на стенах домов углем.

"Ованесу тогда было около десяти лет. Он нарисовал углем на белых стенах - воображаемом мольберте, старую крепость с бушующим морем", — сказал Хачатрян.

Казначеев сразу же распознал в маленьком мальчике большой талант. С тех пор он его поддерживал, так как семья разорившегося торговца с трудом сводила концы с концами. По окончании феодосийского казенного училища, юный художник не без поддержки Казначеева был принят в Императорскую Академию художеств Санкт-Петербурга. Глава Феодосии написал в Петербург письмо с рекомендацией обязательно взять на вакантное место талантливого юношу армянского происхождения. Казначеев не прогадал — академию художеств Айвазовский окончил с золотой медалью. К 27 годам Иван стал уважаемым членом академии и постепенно становится популярным художником. Император России приглашает его во дворец и заказывает ряд полотен.

В 1840 году, после многолетних раздумий, Иван и его старший брат Габриэл решили поменять фамилию на Айвазовский. Они решили сделать фамилию более благозвучной и писать ее по-русски Айвазовский, а по-армянски — Айвазян.

Решение было принято в Италии, в армянской Конгрегации Мхитаристов на острове святого Лазаря. Сюда Иван или Ованес приехал в качестве стипендиата Петербургской Академии художеств, а Габриэл с юных лет учился в здешней школе.

"Айвазовский в своих письмах не раз упоминал, что считает некорректным написание своей фамилии, как Гайвазовский", — сказал Хачатрян.

Иван на полотнах, посвященных армянской тематике, подписывался Айвазяном, все остальные его работы были подписаны "Айвазовский".

По словам Хачатряна, сегодня Айвазовский считается русским маринистом, он воспитывался в традициях русской живописной школы.

Однако в письмах, адресованных армянскому Католикосу Нерсесу Аштаракеци, маринист пишет, что служит армянскому народу и прежде всего считает себя армянином.

Детство Айвазовского проходило в обстановке, будившей его воображение. По морю в Феодосию из Греции и Турции приходили смоленые рыбацкие фелюги, а иногда бросали якоря на рейде огромные белокрылые красавцы – боевые корабли Черноморского флота. Среди них был, конечно, и бриг “Меркурий”, слава о недавнем, совершенно невероятном подвиге которого облетела весь мир и ярко запечатлелась в детской памяти Айвазовского. Они доносили сюда молву о суровой освободительной борьбе, которую вел в те годы греческий народ.

С детства мечтал Айвазовский о подвигах народных героев. На склоне лет он писал: “Первые картины, виденные мною, когда во мне разгоралась искра пламенной любви к живописи, были литографии, изображающие подвиги героев в исходе двадцатых годов, сражающихся с турками за освобождение Греции. Впоследствии я узнал, что сочувствие грекам, свергающим турецкое иго, высказывали тогда все поэты Европы: Байрон, Пушкин, Гюго, Ламартин: Мысль об этой великой стране часто посещала меня в виде битв на суше и на море”.

Романтика подвигов сражающихся на море героев, правдивая молва о них, граничащая с фантастикой, пробудила у Айвазовского стремление к творчеству и определила формирование многих своеобразных черт его таланта, ярко проявившихся в процессе развития его дарования.

Счастливая случайность привела Айвазовского из глухой Феодосии в Петербург, где в 1833 году по представленным детским рисункам он был зачислен в Академию художеств, в пейзажный класс профессора М.Н. Воробьева.

Дарование Айвазовского раскрылось необыкновенно рано. В 1835 году за этюд “Воздух над морем” ему уже была присуждена серебряная медаль второго достоинства. А в 1837 году на академической выставке он показал шесть картин, получивших высокую оценку общественности и Совета Академии художеств, который постановил: “Как I-ой ст. академист, Гайвазовский (фамилию Гайвазовский художник в 1841 году изменил на Айвазовский) удостоен к получению за превосходные успехи в живописи морских видов золотой медали первой степени, с которою сопряжено право путешествия в чужие края для усовершенствования”. За молодостью лет он был в 1838 году послан на два года в Крым для самостоятельных работ.

За время двухлетнего пребывания в Крыму Айвазовский написал ряд картин, среди которых были прекрасно исполненные вещи: “Лунная ночь в Гурзуфе” (1839), “Морской берег” (1840) и другие.
Первые произведения Айвазовского свидетельствуют о внимательном изучении позднего творчества известного русского художника С.Ф. Щедрина и пейзажей М.Н. Воробьева.

В 1839 году Айвазовский принял участие как художник в военно-морском походе к берегам Кавказа. На борту военного корабля он познакомился с прославленными русскими флотоводцами: М.П. Лазаревым и героями будущей обороны Севастополя, в те годы молодыми офицерами, В.А. Корниловым, П.С. Нахимовым, В.Н. Истоминым. С ними он сохранил дружественные отношения на протяжении всей жизни. Смелость и отвага, проявленными Айвазовским в боевой обстановке во время десанта в Субаше, вызвали к художнику симпатии среди моряков и соответствующий отклик в Петербурге. Эта операция запечатлена им на картине “Высадка в Субаши”.

За границу Айвазовский поехал в 1840 году сложившимся мастером-маринистом. Успех Айвазовскому в Италии и европейскую славу, сопутствовавшую ему во время командировки, принесли романтические морские пейзажи “Буря”, “Хаос”, “Неаполитанская ночь” и другие. Этот успех был воспринят на родине как заслуженная дань таланту и мастерству художника.

В 1844 году, на два года раньше намеченного срока, Айвазовский вернулся в Россию. Здесь ему за выдающиеся успехи в живописи было присуждено звание академика и поручен “обширный и сложный заказ” – написать все русские военные порты на Балтийском море. Военно-морское ведомство присудило ему почетное звание художника Главного морского штаба с правом ношения адмиралтейского мундира.

В течение зимних месяцев 1844/45 года Айвазовский выполнил правительственный заказ и создал еще ряд прекрасных марин. Весной 1845 года Айвазовский отправился с адмиралом Литке в путешествие к берегам Малой Азии и островам Греческого архипелага. Во время этого плавания он сделал большое количество рисунков карандашом, служивших ему в течение многих лет материалом для создания картин, которые он всегда писал в мастерской. По окончании путешествия Айвазовский задержался в Крыму, приступив к постройке в Феодосии на берегу моря большой художественной мастерской и дома, который с этого времени стал местом его постоянного жительства. И таким образом, несмотря на успех, признание и многочисленные заказы, на стремление императорской фамилии сделать его придворным живописцем, Айвазовский оставил Петербург.

В течение своей долгой жизни Айвазовский совершил ряд путешествий: несколько раз побывал в Италии, Париже и других европейских городах, работал на Кавказе, плавал к берегам Малой Азии, был в Египте, а в конце жизни, в 1898 году, совершил далекое путешествие в Америку. Во время морских плаваний он обогащал свои наблюдения, а в его папках накапливались рисунки. Но где бы ни был Айвазовский, его всегда влекло к родным берегам Черного моря.

Жизнь Айвазовского протекала в Феодосии спокойно, без каких-либо ярких событий. Зимой он обычно уезжал в Петербург, где устраивал выставки своих произведений.

Несмотря на, казалось бы, замкнутый, уединенный образ жизни в Феодосии, Айвазовский сохранял близость со многими выдающимися деятелями русской культуры, встречаясь с ними в Петербурге и принимая их в своем Феодосийском доме. Так, еще во второй половине 30-х годов в Петербурге Айвазовский сближается с замечательными деятелями русской культуры – К.П. Брюлловым, М.И. Глинкой, В.А. Жуковским, И.А. Крыловым, а во время своего путешествия в Италию в 1840 году он знакомится с Н.В. Гоголем и художником А.А. Ивановым.

Живопись Айвазовского сороковых-пятидесятых годов отмечена сильным воздействием романтических традиций К.П. Брюллова, сказавшихся не только на живописном мастерстве, но и на самом понимании искусства и на мировосприятии Айвазовского. Подобно Брюллову, он стремится к созданию грандиозных красочных полотен, могущих прославить русское искусство. С Брюлловым Айвазовского роднит блестящее живописное мастерство, виртуозная техника, быстрота и смелость исполнения. Очень ярко это отразилось в одной из ранних батальных картин “Чесменский бой”, написанной им в 1848 году, посвященной выдающемуся морскому сражению.

После того как в 1770 году произошел Чесменский бой, Орлов в своем донесении в Адмиралтейство-Коллегию писал: “:Честь Всероссийскому флоту. С 25 на 26 июня неприятельский флот (мы) атаковали, разбили, разломали, сожгли, на небо пустили, в пепел обратили: а сами стали быть во всем архипелаге господствующими:” Пафос этого донесения, гордость выдающимся подвигом русских моряков, радость достигнутой победы прекрасно передал Айвазовский в своей картине. При первом взгляде на картину нас охватывает чувство радостного волнения как от праздничного зрелища – блестящего фейерверка. И только при детальном рассмотрении картины становится понятным сюжетная сторона ее. Бой изображен в ночное время. В глубине бухты видны горящие корабли турецкого флота, один из них – в момент взрыва. Охваченные огнем и дымом, в воздух летят обломки корабля, превратившегося в огромный пылающий костер. А сбоку, на переднем плане, темным силуэтом высится флагман русского флота, к которому, салютуя, подходит шлюпка с командой лейтенанта Ильина, взорвавшего свой брандер среди турецкой флотилии. А если подойти ближе к картине, мы различим на воде обломки турецких судов с группами матросов, взывающих о помощи, и другие детали.

Айвазовский был последним и самым ярким представителем романтического направления в русской живописи, и эти черты его искусства особенно проявились, когда он писал полные героического пафоса морские баталии; в них была слышна та “музыка боя”, без которой батальная картина лишена эмоционального воздействия.

Но духом эпической героики овеяны не только батальные картины Айвазовского. Его лучшими романтическими произведениями второй половины 40-50-х годов являются: “Буря на Черном море” (1845), “Георгиевский монастырь” (1846), “Вход в Севастопольскую бухту” (1851).
Еще ярче романтические черты сказались в картине “Девятый вал”, написанной Айвазовским в 1850 году. Айвазовский изобразил раннее утро после бурной ночи. Первые лучи солнца освещают бушующий океан и громадный “девятый вал”, готовый обрушиться на группу людей, ищущих спасение на обломках мачт.

Зритель сразу же может представить, какая страшная гроза прошла ночью, какое бедствие терпел экипаж корабля и как гибли моряки. Айвазовский нашел точные средства для изображения величия, мощи и красоты морской стихии. Несмотря на драматизм сюжета, картина не оставляет мрачного впечатления; наоборот, она полна света и воздуха и вся пронизана лучами солнца, сообщающими ей оптимистический характер. Этому в значительной степени способствует колористический строй картины. Она написана самыми яркими красками палитры. Колорит ее включает широкую гамму оттенков желтого, оранжевого, розового и лилового цветов в небе в сочетании с зеленым, синим и фиолетовым – в воде. Яркая, мажорная красочная гамма картины звучит радостным гимном мужеству людей, побеждающих слепые силы страшной, но прекрасной в своем грозном величии стихии.

Эта картина нашла широкий отклик в момент ее появления и остается до наших дней одной из самых популярных в русской живописи.

У Айвазовского была своя сложившаяся система творческой работы. “Живописец, только копирующий природу, – говорил он, – становится ее рабом: Движения живых стихий неуловимы для кисти: писать молнию, порыв ветра, всплеск волны – немыслимо с натуры: Художник должен запоминать их: Сюжет картин слагается у меня в памяти, как у поэта; сделав набросок на клочке бумаги, я приступаю к работе и до тех пор не отхожу от полотна, пока не выскажусь на нем кистью:”

Сопоставление методов работы художника и поэта здесь не случайно. На формирование творчества Айвазовского большое влияние оказала поэзия А.С. Пушкина, поэтому часто перед картинами Айвазовского в нашей памяти возникают пушкинские строфы. Творческое воображение Айвазовского в процессе работы не было ничем стеснено. Создавая свои произведения, он опирался только на свою, действительно необыкновенную, зрительную память и поэтическое воображение.

Айвазовский обладал исключительно разносторонним дарованием, в котором счастливо сочетались качества, совершенно необходимые для художника-мариниста. Помимо поэтического склада мышления, он был одарен прекрасной зрительной памятью, ярким воображением, абсолютно точной зрительной восприимчивостью и твердой рукой, поспевавшей за стремительным бегом его творческой мысли. Это позволяло ему работать, импровизируя с изумлявшей многих современников легкостью.

В.С. Кривенко очень хорошо передал свои впечатления от работы Айвазовского над большим полотном, оживавшим под кистью мастера: “:По легкости, видимой непринужденности движения руки, по довольному выражению лица, можно было смело сказать, что такой труд – истинное наслаждение”. Это, конечно, было возможно благодаря глубокому знанию разнообразных технических приемов, какими пользовался Айвазовский.

У Айвазовского был длительный творческий опыт, и поэтому, когда он писал свои картины, на его пути не вставали трудности технического порядка, и его живописные образы возникали на холсте во всей цельности и свежести первоначального художественного замысла.

Для него не было секретов в том, как писать, каким приемом передать движение волны, ее прозрачность, как изобразить легкую, разбегающуюся сеть спадающей пены на изгибах волн. Он прекрасно умел передать раскат волны на песчаном берегу, чтобы зритель увидел прибрежный песок, просвечивающий сквозь пенистую воду. Он знал множество приемов для изображения волн, разбивающихся о прибрежные скалы.

Наконец, он глубоко постиг различные состояния воздушной среды, движение облаков и туч. Все это помогло ему блестяще воплощать свои живописные замыслы и создавать яркие, артистически выполненные произведения.

Пятидесятые годы связаны с Крымской войной 1853-56 годов. Как только до Айвазовского дошла молва о Синопской битве, он сейчас же поехал в Севастополь, расспросил участников сражения обо всех обстоятельствах дела. Вскоре в Севастополе были выставлены две картины Айвазовского, изображающие Синопский бой ночью и днем. Выставку посетил адмирал Нахимов; высоко оценив труд Айвазовского, особенно ночной бой, он сказал: “Картина чрезвычайно верно сделана”. Посетив осажденный Севастополь, Айвазовский написал также ряд картин, посвященных героической обороне города.

Много раз в дальнейшем возвращался Айвазовский к изображению морских сражений; его батальные картины отличаются исторической правдой, точным изображением морских судов и пониманием тактики морского боя. Картины морских сражений Айвазовского стали летописью подвигов русского военно-морского флота, в них нашли яркое отражение исторические победы русского флота, легендарные подвиги русских моряков и флотоводцев ["Петр I на берегу Финского залива" (1846), "Чесменский бой" (1848), "Наваринский бой" (1848), "Бриг "Меркурий" ведет бой с двумя турецкими судами" (1892) и другие].

Айвазовский обладал живым, отзывчивым умом, и в его творчестве можно встретить картины на самые разнообразные темы. Среди них – изображения природы Украины, он смолоду полюбил беспредельные украинские степи и вдохновенно изображал их в своих произведениях ["Чумацкий обоз" (1868), "Украинский пейзаж" (1868) и других], близко подойдя при этом к пейзажу мастеров русского идейного реализма. В этой привязанности к Украине сыграла свою роль близость Айвазовского к Гоголю, Шевченко, Штернбергу.

Шестидесятые и семидесятые годы принято считать периодом расцвета творческого дарования Айвазовского. В эти годы он создал ряд замечательных полотен. “Буря ночью” (1864), “Буря на Северном море” (1865) относятся к наиболее поэтическим картинам Айвазовского.

Изображая широкие просторы моря и неба, художник передавал природу в живом движении, в бесконечной изменчивости форм: то в виде ласковых, спокойных штилей, то в образе грозной, разбушевавшейся стихии. Чутьем художника он постиг скрытые ритмы движения морской волны и с неподражаемым мастерством умел их передать в образах увлекательных и поэтических.

1867 год связан с крупным событием, имевшим большое общественно-политическое значение, – восстанием жителей острова Крит, находившегося в вассальном владении султана. Это был второй (при жизни Айвазовского) подъем освободительной борьбы греческого народа, которая вызвала широкий сочувственный отклик среди прогрессивно мыслящих людей всего мира. Айвазовский отозвался на это событие большим циклом картин.

В 1868 году Айвазовский предпринял путешествие на Кавказ. Он писал предгорья Кавказа с жемчужной цепью снеговых гор на горизонте, панорамы горным массивов, уходящих вдаль, как окаменевшие волны, Дарьяльское ущелье и затерявшийся среди скалистых гор аул Гуниб – последнее гнездо Шамиля. В Армении он написал озеро Севан и Араратскую долину. Им создано несколько прекрасных картин, изображающих Кавказские горы со стороны восточного побережья Черного моря.

В следующем, 1869, году Айвазовский отправился в Египет для участия в церемонии открытия Суэцкого канала. В результате этого путешествия была написана панорама канала и создан ряд картин, отражающих природу, жизнь и быт Египта, с его пирамидами, сфинксами, караванами верблюдов.

В 1870 году, когда отмечалось пятидесятилетие открытия Антарктиды русскими мореплавателями Ф.Ф. Беллинзгаузеном и М.П. Лазаревым, Айвазовский написал первую картину, изображающую полярные льды – “Ледяные горы”. Во время чествования Айвазовского по случаю пятидесятилетия его творчества П.П. Семенов-Тян-Шанский в своей речи сказал: “Русское географическое общество давно признало Вас, Иван Константинович, выдающимся географическим деятелем:” и действительно, многие картины Айвазовского совмещают в себе художественные достоинства и большую познавательную ценность.

В 1873 году Айвазовский создал выдающуюся картину “Радуга”. В сюжете этой картины – буря на море и корабль, гибнущий у скалистого берега, – нет ничего необычного для творчества Айвазовского. Но ее красочная гамма, живописное выполнение были явлением совершенно новым в русской живописи семидесятых годов. Изображая эту бурю, Айвазовский показал ее так, будто он сам находится среди бушующих волн. Ураганный ветер срывает водяную пыль с их гребней. Как бы сквозь мчащийся вихрь едва заметны силуэт тонущего корабля и неясные очертания скалистого берега. Тучи на небе растворились в прозрачной влажной пелене. Сквозь этот хаос пробился поток солнечного света, лег радугой на воду, сообщив колориту картины многокрасочную расцветку. Вся картина написана тончайшими оттенками голубых, зеленых, розовых и лиловых красок. Этими же тонами, чуть усиленными в цвете, передана и сама радуга. Она мерцает едва уловимым миражем. От этого радуга приобрела ту прозрачность, мягкость и чистоту цвета, какая нас всегда восхищает и чарует в природе. Картина “Радуга” была новой, более высокой ступенью в творчестве Айвазовского.

По поводу одной из таких картин Айвазовского Ф.М. Достоевский писал: “Буря: г. Айвазовского: изумительно хороша, как все его бури, и здесь он мастер – без соперников: В его буре есть упоение, есть та вечная красота, которая поражает зрителя в живой, настоящей буре:”

В творчестве Айвазовского семидесятых годов можно проследить появление ряда картин, изображающих открытое море в полуденный час, написанных в голубой красочной гамме.

Вся прелесть подобных картин заключается в хрустальной ясности, искрящемся сиянии, которое они излучают. Недаром этот цикл картин принято называть “голубыми Айвазовскими”. Большое место в композиции картин Айвазовского всегда занимает небо, которое он умел передать с таким же совершенством, как морскую стихию. Воздушный океан – движение воздуха, разнообразие очертаний облаков и туч, их грозный стремительный бег во время бури или мягкость сияния в предзакатный час летнего вечера иногда сами по себе создавали эмоциональное содержание его картин.

Неповторимы ночные марины Айвазовского. “Лунная ночь на море”, “Восход луны” – эта тема проходит через все творчество Айвазовского. Эффекты лунного света, саму луну, окруженную легкими прозрачными облаками или проглянувшую сквозь разорванные ветром тучи, он умел изображать с иллюзорной точностью. Образы ночной природы Айвазовского – одни из самых поэтических изображений природы в живописи. Часто они вызывают поэтические и музыкальные ассоциации.

Айвазовский был близок со многими передвижниками. Гуманистическое содержание его искусства и блестящее мастерство высоко ценили Крамской, Репин, Стасов и Третьяков. Во взглядах на общественное значение искусства у Айвазовского и передвижников было много общего. Задолго до организации передвижных выставок Айвазовский стал устраивать выставки своих картин в Петербурге, Москве, а также во многих других больших городах России. В 1880 году Айвазовский открыл в Феодосии первую в России периферийную картинную галерею.

Под действием передового русского искусства передвижников в творчестве Айвазовского с особой силой проявились реалистические черты, сделавшие его произведения еще более выразительными и содержательными. Видимо, поэтому стало принятым считать картины Айвазовского семидесятых годов высшим достижением в его творчестве. Сейчас для нас совершенно ясен процесс непрерывного роста его мастерства и углубления содержания живописных образов его произведений, протекавший в течение всей его жизни.

В 1881 году Айвазовский создал одно из наиболее значительных произведений – картину “Черное море”. Море изображено в пасмурный день; волны, возникая у горизонта, движутся на зрителя, создавая своим чередованием величавый ритм и возвышенный строй картины. Она написана в скупой, сдержанной красочной гамме, повышающей ее эмоциональное воздействие. Недаром Крамской писал об этом произведении: “Это одна из самых грандиозных картин, какие я только знаю”. Картина свидетельствует о том, что Айвазовский умел видеть и чувствовать красоту близкой ему морской стихии не только во внешних живописных эффектах, но и в едва уловимом строгом ритме ее дыхания, в ясно ощутимой потенциальной мощи ее.

Много раз об Айвазовском писал Стасов. Со многим он не соглашался в его творчестве. Особенно яростно восставал он против импровизационного метода Айвазовского, против легкости и быстроты, с какой он создавал свои картины. И все же, когда надо было дать общую, объективную оценку искусству Айвазовского, он писал: “Маринист Айвазовский по рождению и по натуре своей был художник совершенно исключительный, живо чувствующий и самостоятельно передающий, быть может, как никто в Европе, воду с ее необычайными красотами”.

Жизнь Айвазовского была поглощена огромным творческим трудом. Его творческий путь – это непрерывный процесс совершенствования живописного мастерства. Вместе с тем нельзя не отметить, что именно на последнее десятилетие падает основное количество неудачных работ Айвазовского. Это объяснимо и возрастом художника и тем, что как раз в это время он начал работать в не свойственных его дарованию жанрах: портрет и бытовая живопись. Хотя и среди этой группы произведений есть вещи, в которых видна рука большого мастера.

Взять, например, небольшую картину “Свадьба на Украине” (1891). На фоне пейзажа изображена веселая деревенская свадьба. У хаты, крытой соломой, идет гулянье. Толпа гостей, молодые музыканты – все высыпали на воздух. И здесь, в тени больших развесистых деревьев, под звуки нехитрого оркестра продолжается пляска. Вся эта пестрая масса людей очень удачно вписана в пейзаж – широкий, ясный, с прекрасно изображенным высоким облачным небом. Трудно поверить, что картину создал художник-маринист, настолько вся жанровая часть ее изображена легко и просто.

До глубокой старости, до последних дней жизни Айвазовский был полон новых замыслов, волновавших его так, будто это был не восьмидесятилетний многоопытный мастер, написавший шесть тысяч картин, а молодой, начинающий художник, только вставший на путь искусства. Для живой деятельной натуры художника и сохранившейся непритупленности чувств характерен его ответ на вопрос одного из друзей: какую же из всех написанных картин сам мастер считает лучшей. “Ту, – не задумываясь, ответил Айвазовский, – что стоит на мольберте в мастерской, которую я сегодня начал писать:”

В его переписке последних лет есть строки, говорящие о глубоком волнении, сопутствовавшем его труду. В конце одного большого делового письма в 1894 году имеются такие слова: “Простите, что пишу на кусочках (бумаги). Пишу большую картину и ужасно озабочен”. В другом письме (1899): “Я очень много в этом году написал. 82 года заставляют меня спешить:” Он был в том возрасте, когда ясно сознавал, что время его истекает, но он продолжал работать со все возрастающей энергией.

В последний период творчества Айвазовский неоднократно обращается к образу А.С. Пушкина ["Прощание Пушкина с Черным морем" (1887), фигура Пушкина написана И.Е. Репиным, "Пушкин у Гурзуфских скал" (1899)], в стихах которого художник находит поэтическое выражение своего отношения к морю.

В конце жизни Айвазовский был поглощен идеей создания синтетического образа морской стихии. В последнее десятилетие он пишет ряд огромных картин, изображающих бурное море: “Обвал скалы” (1883), “Волна” (1889), “Буря на Азовском море” (1895), “От штиля к урагану” (1895) и другие. Одновременно с этими огромными картинами Айвазовский написал ряд произведений, близких к ним по замыслу, но выделяющихся новой красочной гаммой, предельно скупой по цвету, почти что монохромной. Композиционно и сюжетно эти картины очень просты. На них изображен бурный прибой в зимний ветреный день. О песчаный берег только что разбилась волна. Бурлящие массы воды, покрытые пеной, стремительно сбегают в море, унося с собой клочья тины, песок и гальку. Навстречу им поднимается очередная волна, которая является центром композиции картины. Чтобы усилить впечатление нарастающего движения, Айвазовский берет очень низкий горизонт, которого почти касается гребень большой надвигающейся волны. Вдали от берега на рейде изображены корабли с убранными парусами, стоящие на якорях. Над морем нависло тяжелое свинцовое небо в грозовых тучах. Общность содержания картин этого цикла очевидна. Все они в сущности являются вариантами одного и того же сюжета, отличающимися только в деталях. Этот значительных цикл картин объединен не только общностью сюжета, но и цветовым строем, характерным сочетанием свинцово-серого неба с оливково-охристым цветом воды, чуть тронутой у горизонта зеленовато-голубыми лессировками.

Такая простая и вместе с тем очень выразительная красочная гамма, отсутствие каких-либо ярких внешних эффектов, ясная композиция создают глубоко правдивое изображение морского прибоя в бурный зимний день. В конце жизни Айвазовский написал довольно много картин в серой красочной гамме. Некоторые были небольшого размера; они написаны в течение одного-двух часов и отмечены очарованием вдохновенных импровизаций большого художника. Новый цикл картин обладал не меньшими достоинствами, чем его “голубые марины” семидесятых годов.

Наконец, в 1898 году Айвазовский написал картину “Среди волн”, которая была вершиной его творчества.

Художник изобразил бушующую стихию – грозовое небо и бурное море, покрытое волнами, как бы кипящими в столкновении одна с другой. Он отказался от обычных в своих картинах деталей в виде обломков мачт и гибнущих кораблей, затерявшихся в безбрежном морском просторе. Он знал много способов драматизировать сюжеты своих картин, но не прибег ни к одному из них, работая над этим произведением. “Среди волн” как бы продолжает раскрывать во времени содержание картины “Черное море”: если в одном случае изображено взволнованное море, в другом – уже бушующее, в момент наивысшего грозного состояния морской стихии. Мастерство картины “Среди волн” – плод долгого и упорного труда всей жизни художника. Работа над ней протекала у него быстро и легко. Послушная руке художника кисть лепила именно ту форму, какую хотел художник, и клала краску на холст так, как это подсказывал ему опыт мастерства и чутье большого художника, не исправлявшего раз положенного мазка. Видимо, сам Айвазовский сознавал, что картина “Среди волн” значительно выше по исполнению всех предшествующих работ последних лет. Несмотря на то, что после ее создания он еще два года работал, устраивал выставки своих произведений в Москве, Лондоне и Петербурге, эту картину он не вывозил из Феодосии, завещал вместе с другими произведениями, находившимися в его картинной галерее, родному городу Феодосии.

Картина “Среди волн” не исчерпала творческих возможностей Айвазовского. В следующем, 1899, году он написал небольшую картину, прекрасную по ясности и свежести колорита, построенного на сочетании голубовато-зеленого цвета воды и розового в облаках – “Штиль у Крымских берегов”. А буквально в последние дни жизни, готовясь в поездке в Италию, он написал картину “Морской залив”, изображающую Неаполитанский залив в полдень, где с покоряющей тонкостью в жемчужной красочной гамме передан влажный воздух. Несмотря на совсем малые размеры картины, в ней ясно различимы черты новых колористических достижений. И, быть может, проживи Айвазовский еще несколько лет, эта картина стала бы новой ступенью в развитии мастерства художника.

Говоря о творчестве Айвазовского, нельзя не остановиться на большом графической наследии, оставленном мастером, потому что его рисунки представляют широкий интерес как со стороны артистического их выполнения, так и для уяснения творческого метода художника. Айвазовский всегда много и охотно рисовал. Среди карандашных рисунков выделяются своим зрелым мастерством работы, относящиеся к сороковым годам, ко времени его академической командировки 1840-1844 годов и плавания у берегов Малой Азии и Архипелага летом 1845 года. Рисунки этой поры гармоничны по композиционному распределению масс и отличаются строгой проработкой деталей. Крупные размеры листа и графическая законченность говорят о большом значении, которое Айвазовский придавал рисункам, сделанным с натуры. Это были в основном изображения прибрежных городов. Острым твердым графитом Айвазовский рисовал лепящиеся по уступам гор, уходящие вдаль городские постройки или отдельные, понравившиеся ему здания, вкомпоновывая их в пейзажи. Самыми простыми графическими средствами – линией, почти не пользуясь светотенью, он достигал тончайших эффектов и точной передачи объема и пространства. Рисунки, сделанные им во время путешествия, всегда помогали ему в творческой работе.

В молодости он часто пользовался рисунками для композиции картин без всяких изменений. Позднее он свободно перерабатывал их, и часто они служили ему только первым толчком для выполнения творческих замыслов. Ко второй половине жизни Айвазовского относится большое количество рисунков, выполненных в свободной широкой манере. В последний период творчества, когда Айвазовский делал беглые путевые зарисовки, он стал рисовать свободно, воспроизводя линией все изгибы формы, часто едва касаясь мягким карандашом бумаги. Его рисунки, утратив былую графическую строгость и отчетливость, приобрели новые живописные качества.

По мере того как выкристаллизовывался творческий метод Айвазовского и накапливались огромный творческий опыт и мастерство, в процессе работы художника произошел заметный сдвиг, сказавшийся на его подготовительных рисунках. Теперь он создает набросок будущего произведения по воображению, а не по натурному рисунку, как он это делал в ранний период творчества. Не всегда, разумеется, Айвазовский сразу удовлетворялся найденным в эскизе решением. Имеются три варианта эскиза к последней его картине “Взрыв корабля”. Он стремился к лучшему решению композиции даже в формате рисунка: два рисунка сделаны в горизонтальном прямоугольнике и один в вертикальном. Все три выполнены беглым штрихом, передающим схему композиции. Подобные рисунки как бы иллюстрируют слова Айвазовского, относящиеся к методу его работы: “Набросав карандашом на клочке бумаги план задуманной мною картины, я принимаюсь за работу и, так сказать, всею душой отдаюсь ей”. Графика Айвазовского обогащает и расширяет наше привычное представление о его творчестве и о его своеобразном методе работы.

Для графических работ Айвазовский пользовался разнообразными материалами и техническими приемами.

К шестидесятым годам относится ряд тонко написанных акварелей, сделанных одним цветом – сепией. Пользуясь обычно легкой заливкой неба сильно разжиженной краской, едва наметив облака, чуть тронув воду, Айвазовский широко, темным тоном прокладывал передний план, прописывал горы второго плана и рисовал лодку или корабль на воде глубоким тоном сепии. Такими простыми средствами он иногда передавал всю прелесть яркого солнечного дня на море, накат прозрачной волны на берег, сияние легких облаков над глубокой морской далью. По высоте мастерства и тонкости переданного состояния природы такие сепии Айвазовского далеко выходят за рамки обычного представления об акварельных эскизах.

В 1860 году Айвазовский написал подобного рода прекрасную сепию “Море после бури”. Этой акварелью Айвазовский был, видимо, удовлетворен, так как послал ее в подарок П.М. Третьякову. Широко пользовался Айвазовский мелованной бумагой, рисуя на которой он достиг виртуозного мастерства. К таким рисункам относится “Буря”, созданная в 1855 году. Рисунок сделан на бумаге, тонированной в верхней части теплым розовым, а в нижней – серо-стальным цветом. Различными приемами процарапывания тонированного мелового слоя Айвазовский хорошо передал пену на гребнях волны и блики на воде.

Виртуозно рисовал Айвазовский также пером-тушью.

Айвазовский пережил два поколения художников, а его искусство охватывает огромный отрезок времени – шестьдесят лет творчества. Начав с произведений, насыщенных яркими романтическими образами, Айвазовский пришел к проникновенному, глубоко реалистическому и героическому образу морской стихии, создав картину “Среди волн”.

До последнего дня он счастливо сохранил не только непритупленную зоркость глаза, но и глубокую веру в свое искусство. Он прошел свой путь без малейших колебаний и сомнений, сохранив до глубокой старости ясность чувств и мышления.

Творчество Айвазовского было глубоко патриотично. Заслуги его в искусстве были отмечены во всем мире. Он был избран членом пяти Академий художеств, а его адмиралтейский мундир был усыпан почетными орденами многих стран.

17 (29) июля 1817 года в Феодосии (Крым) родился один из величайших художников России - Айвазовский Иван Константинович (Ованес Гайвазовский). Отец его был армянским предпринимателем. Перебрался он из Западной Армении на юг Польши. Мама, Рипсиме, была хорошей вышивальщицей.Всего в семье было две дочери и три сына.

У маленького Ивана с детства проявлялись способности к музыке и рисованию. Учиться начал в армянской приходсткой школе, затем в Симферопольской гимнази, потом поступил в 1833 году в Академию художеств у М.Н.Воробьева в Петербурге, в пейзажный класс. Окончил ее в 1839 году.

Первое произведение Айвазовского вышло в 1835 году и появилось на академической выставке. Это было "Этюд воздуха над морем". Картина получила положительные отзывы. Айвазовский пишет еще три картины с морской тематикой и получает за них в 1837 году большую золотую медаль.

Художник начинает работать на заказ и отправляется по поручению в Крым, где ему нужно было написать несколько крымских пейзажей. Далее в 1840 году он едет в Италию, так же для заказной работы. В Риме Айвазовскому удается выставить свои работы. В целом, нахождение в Италии прошло для него очень плодотворно. Он смог познакомиться с такими личностями как Гоголь, Боткин, Панаев.

Затем Айвазовский отправляется в Венецию на остров Св.Лазаря. Там он собирался встретиться со старшим братом Габриэлом, который состоял в религиозном братстве мхитаристов. В будущем художник еще не раз посетит это место. Следущими были города Флоренция, Амальфия, Сорренто, Неаполь и Рим. Италия многому научила Айвазовского и оставила след на его работах. Здесь он создал 50 своих картин. Он устраиват выставки в Риме и Неаполе, благодаря которым началась известность художника. Картина "Хаос" была особо выделенна, Папа Григорий XVI удостоил наградой Айвазовского золотой медалью.

Дальше уже успех сопровождал его в Венеции, Лондоне, Амстердаме, Париже. Он участвовал в международной выставке в Лувре. В 1848 году появляется одна из знаменитых его работ "Чесменский бой" . Поскольку Айвазовский писал в основном по морской тематике, ему предоставлялась возможность находится на военных операциях Главного морского штаба. "Море - это моя жизнь" - так говорил художник. За период своего творчества было создано около 6 000 картин! Особенность в том, что Айвазовский с натуры море никогда не писал. Он всегда много наблюдал и затем воспроизводил по памяти. Ведь он, по сути, правильно считал, что море слишком изменчиво, чтобы писать его с натуры. Айвазовский через свои картины восторгался могуществом и силой природных стихий. В работах его всегда присутствовали человек и природная стихия: будь то борьба в шторме, либо же человек на фоне спокойного моря.

В 1850 году Айвазовский создает картину, по которой его узнают все - "Девятый вал" . Примерно в это время его, единственного иностранного художника, награждают орденом Почетного легиона. В Петербурге Айвазовский не остается и переезжает на родину в Феодосию. Кроме живописи, Айвазовский занимался благотворительность. Он скапливал деньги со своих работ и вкладывал их в строение археологического музея (Феодосия), благоустраивал сам город. Так же в родном городе у него была своя мастерская, где он занимался воспитанием молодых талантов. Из них можно вделить Куинджи, Лагорио, Богаевского.

Вообще, Айвазовский любил помогать, в особенности своему армянскому народу. В 1840х годах он организовал сбор средств для восстановления работы армянского училища в Константинополе, а так же Смирне и Брусе. Еще в Константинополе он писал на заказ пейзажи самому султану Абдул-Азизу.
Не смотря на всеобщее признание в Европе, на родной земле в России с начала 1870-х годов картины Айвазовского стали подвергать критике. Происходило это отчасти от того, что художник предпочитал работать в одиночку и выставлял картины свои только на персональных выставках (Кстати говоря, Авазовский - первый русский художник, кто стал этим заниматься) . Таким образом, он отстранялся от общества художников и писателей. Еще, как считали многие, он не вписывался в современую живопись и творчество. Оно приобретало национальный характер, а Айвазовский продолжал писать море. После критики был некоторый период, когда о художнике не было ничего слышно, нигде о нем не писали. Хотя, благодаря Айвазовскому, который прославился в Европе и приобрел там всенародную известность, он так же и прославил русскую живопись. Будуче на своей армянской родной земле, он писал не только пейзажи, но так же и портреты и сюжеты на библейскую тему.

В 1880 году Айвазовский рядом со своим домом строит музей-галерею, подобных насчитывалось кроме этого в России всего 2 дома.
В 1882 году Иван Константинович Айвазовский разводится. Вскоре после этого он женится на Анне Бурназян. Этот брак еще больше сблизил его с армянским народом.

Произошедшие события в Армении в 1890-х годах сильно затронули и Айвазовского. Турецкий Султан Абдул-Гамид устроил массовые нападения и разгромы на армянское население, много человек погибло. Под впечалением от этих событий Айвазовский пишет картины "Погром армян в Трапезунде", "Армян погружают на корабли", "Армян живыми бросают в море". Так же он помогал беженцам с жильем.

Последняя выставка художника прошла в Петербурге. После этого он собирается отправиться в Италию. Но не успевает. Смерть к художнику пришла 19 апреля 1900 года.

В настоящее время Айвазовского называют основоположником направления маринизма, так называемой живописи романтического пейзажа.
Последней его кариной стала "Приезд Байрона на остров св. Лазаря ". Похоронили Айвазовского в Феодосии, как он и завещал, во дворе церкви Сурб Саргис.

"Родился смертным, оставил по себе бессмертную память" - такая надпись на его надгробной плите.


Иван Константинович Айвазовский – знаменитый русский живописец-маринист, автор более шести тысяч полотен. Профессор, академик, меценат, почетный член Академий художеств Санкт-Петербурга, Амстердама, Рима, Штутгарта, Парижа и Флоренции.

Родился будущий художник в Феодосии, в 1817 году, в семье Геворка и Рипсиме Гайвазовских. Мать Ованеса (армянский вариант имени Иван) была чистокровной армянкой, а отец происходил из армян, переселившихся из Западной Армении, оказавшейся под владычеством турок, в Галицию. В Феодосии Геворк поселился под фамилией Гайвазовский, записав ее на польский манер.

Отец Ованеса был удивительным человеком, предприимчивым, смекалистым. Папа знал турецкий, венгерский, польский, украинский, русский и даже цыганский языки. В Крыму Геворк Айвазян, ставший Константином Григорьевичем Гайвазовским, весьма успешно занялся торговлей. В те времена Феодосия стремительно росла, приобретя статус международного порта, но все успехи предприимчивого купца свела к нулю эпидемия чумы, вспыхнувшая после войны с .

К моменту рождения Ивана у Гайвазовских уже был сын Саргис, в монашестве принявший имя Габриэл, затем родилось еще три дочери, но семья жила в большой нужде. Мать Репсиме помогала мужу, продавая свои искусные вышивки. Иван рос смышленым и мечтательным ребенком. С утра он просыпался и убегал на берег моря, где мог часами наблюдать за входившими в порт судами, маленькими рыбацкими лодочками, любуясь необыкновенной красоты пейзажами закатами, штормами и штилями.


Картина Ивана Айвазовского "Черное море"

Свои первые картины мальчик писал на песке, а через несколько минут их смывал прибой. Тогда он вооружился кусочком угля и украсил рисунками белые стены домика, где жили Гайвазовские. Отец посмотрел, хмурясь на шедевры сына, но не отругал его, а крепко задумался. С десяти лет Иван работал в кофейне, помогая семье, что вовсе не мешало ему расти умным и талантливым ребенком.

В детстве Айвазовский сам выучился играть на скрипке, и, конечно, постоянно рисовал. Судьба свела его с феодосийским архитектором Яковом Кохом, и этот момент принято считать поворотным, определяющим в биографии будущего гениального мариниста. Заметив художественные способности мальчика, Кох снабжал юного художника карандашами, красками и бумагой, давал первые уроки рисования. Вторым покровителем Ивана стал градоначальник Феодосии Александр Казначеев. Губернатор оценил умелую игру Вани на скрипке, ведь он и сам нередко музицировал.


В 1830 году Казначеев определил Айвазовского в симферопольскую гимназию. В Симферополе на талантливого ребенка обратила внимание жена таврического губернатора Наталья Нарышкина. Иван стал часто бывать у нее дома, причем светская дама предоставила в его распоряжение свою библиотеку, коллекцию гравюр, книги о живописи, искусстве. Мальчик непрестанно работал, копировал известные произведения, рисовал этюды, эскизы.

При содействии портретиста Сальватора Тончи Нарышкина обратилась к Оленину, президенту Императорской академии художеств в Петербурге, с просьбой устроить мальчика в академию с полным пансионом. В письме она подробно описала таланты Айвазовского, его жизненную ситуацию и приложила рисунки. Оленин оценил талант юноши, и вскоре Иван был зачислен в Академию художеств с личного соизволения императора , также увидевшего присланные рисунки.


В возрасте 13 лет Иван Айвазовский стал самым юным учеником Академии в пейзажном классе Воробьева. Опытный педагог сразу оценил всю величину и мощь таланта Айвазовского и по мере сил и возможностей дал юноше классическое художественное образование, своего рода теоретическую и практическую базу для живописца-виртуоза, каким вскоре стал Иван Константинович.

Очень быстро ученик превзошел учителя, и Воробьев порекомендовал Айвазовского Филиппу Таннеру, французскому маринисту, прибывшему в Петербург. Таннер и Айвазовский не сошлись характерами. Француз свалил на ученика всю черновую работу, но Иван все-таки нашел время и для собственных картин.

Живопись

В 1836 году состоялась выставка, где были представлены произведения Таннера и молодого Айвазовского. Одна из работ Ивана Константиновича была удостоена серебряной медали, также его похвалила одна столичная газета, француза же упрекнули в манерности. Филипп, сгорая от гнева и зависти, пожаловался императору на непослушного ученика, который не имел права выставлять свои работы на выставке без ведома учителя.


Картина Ивана Айвазовского "Девятый вал"

Формально француз был прав, и Николай повелел убрать картины с выставки, а сам Айвазовский впал в немилость при дворе. Талантливого художника поддержали лучшие умы столицы, с которыми он успел свести знакомство: , президент Академии Оленин. В итоге дело решилось в пользу Ивана, за которого вступился Александр Зауервейд, преподававший живопись императорским отпрыскам.

Николай наградил Айвазовского и даже отправил его вместе со своим сыном Константином на Балтийский флот. Цесаревич изучал основы морского дела и руководство флотом, а Айвазовский специализировался в художественной стороне вопроса (сложно писать батальные сцены и корабли, не зная их устройства).


Картина Ивана Айвазовского "Радуга"

Зауервейд стал учителем Айвазовского по классу батальной живописи. Через несколько месяцев, в сентябре 1837 года, талантливый студент получил золотую медаль за картину «Штиль», после чего руководством Академии было принято решение выпустить художника из учебного заведения, поскольку оно ему ничего уже не могло дать.


Картина Ивана Айвазовского "Лунная ночь на Босфоре"

В 20 лет Иван Айвазовский стал самым молодым выпускником Академии художеств (по правилам ему полагалось учиться еще три года) и отправился в оплачиваемое путешествие: сначала в родной Крым на два года, а затем – на шесть лет в Европу. Счастливый художник вернулся в родную Феодосию, затем путешествовал по Крыму, участвовал в высадке морского десанта в Черкессии. За это время он написал множество работ, включая мирные морские пейзажи и батальные сцены.


Картина Ивана Айвазовского "Лунная ночь на Капри"

После недолгого пребывания в Петербурге в 1840 году Айвазовский уехал в Венецию, оттуда – во Флоренцию и Рим. Во время этого путешествия Иван Константинович встретился со старшим братом Габриэлом, монахом на острове Святого Лазаря, познакомился с . В Италии художник изучал произведения великих мастеров и много писал сам. Везде он выставлял свои картины, многие раскупались сразу же.


Картина Ивана Айвазовского "Хаос"

Его шедевр «Хаос» пожелал купить сам Папа Римский. Услышав об этом, Иван Константинович лично подарил картину понтифику. Растроганный Григорий XVI вручил живописцу золотую медаль, а слава о талантливом маринисте загремела на всю Европу. Затем художник посетил Швейцарию, Голландию, Англию, Португалию и Испанию. На пути домой корабль, на котором плыл Айвазовский, попал в шторм, разразилась страшная буря. Некоторое время ходили слухи, что маринист погиб, но, к счастью, ему удалось вернуться домой живым и невредимым.


Картина Ивана Айвазовского "Буря"

Айвазовскому выпала счастливая судьба водить знакомство и даже дружбу со многими выдающимися людьми той эпохи. Художник был близко знаком с , Николаем Раевским, Кипренским, Брюлловым, Жуковским, не говоря уже о дружбе с императорским семейством. И все же связи, богатство, слава не прельщали художника. Главными в его жизни всегда были семья, простые люди, любимая работа.


Картина Ивана Айвазовского "Чесменский бой"

Разбогатев и став знаменитым, Айвазовский много сделал для родной Феодосии: основал школу искусств и картинную галерею, музей древностей, спонсировал строительство железной дороги, городского водопровода, питавшегося из его личного источника. Под конец жизни Иван Константинович оставался таким же деятельным и активным как в молодости: посетил с супругой Америку, много работал, помогал людям, занимался благотворительностью, благоустройством родного города и преподавательской деятельностью.

Личная жизнь

Личная жизнь великого живописца полна взлетов и падений. В его судьбе было три любви, три женщины. Первая любовь Айвазовского – танцовщица из Венеции, мировая знаменитость Мария Тальони, была старше его на 13 лет. Влюбленный художник отправился за своей музой в Венецию, но отношения были недолгими: танцовщица предпочла любви юноши балет.


В 1848 году Иван Константинович по большой любви женился на Юлии Гревс, дочери англичанина, бывшего придворным медиком Николая I. Молодые уехали в Феодосию, где сыграли пышную свадьбу. В этом браке у Айвазовского родилось четыре дочери: Александра, Мария, Елена и Жанна.


На фото семья выглядит счастливой, но идиллия оказалась недолгой. После рождения дочек супруга переменилась в характере, перенеся нервное заболевание. Юлия хотела жить в столице, бывать на балах, давать званые вечера, вести светскую жизнь, а сердце художника принадлежало Феодосии и простым людям. В итоге брак завершился разводом, что по тем временам случалось нечасто. С трудом художнику удавалось поддерживать отношения с дочерьми и их семьями: сварливая жена настроила девушек против отца.


Последнюю любовь художник встретил уже в преклонном возрасте: в 1881 году ему было 65 лет, а его избраннице – всего 25 лет. Анна Никитична Саркизова стала супругой Айвазовского в 1882 году и была с ним до самого конца. Ее красота увековечена супругом в картине "Портрет жены художника".

Смерть

Великий художник-маринист, ставший мировой знаменитостью в 20 лет, скончался у себя дома в Феодосии в возрасте 82 лет, в 1900 году. На мольберте осталась незавершенная картина «Взрыв корабля».

Лучшие картины

  • «Девятый вал»;
  • «Кораблекрушение»;
  • «Ночь в Венеции»;
  • «Бриг Меркурий, атакованный двумя турецкими кораблями»;
  • «Лунная ночь в Крыму. Гурзуф»;
  • «Лунная ночь на Капри»;
  • «Лунная ночь на Босфоре»;
  • «Хождение по водам»;
  • «Чесменский бой»;
  • «Лунная дорожка»
  • «Босфор в лунную ночь»;
  • «А.С. Пушкин на берегу Черного моря»;
  • «Радуга»;
  • «Восход солнца в гавани»;
  • «Судно посреди шторма»;
  • «Хаос. Сотворение мира;
  • «Штиль»;
  • «Венецианская ночь»;
  • «Всемирный потоп».

Уже при жизни слава знаменитого художника Ивана Айвазовского стремительно и широко окружала его действительной мировой славой. С 1846 года было проведено сто двадцать его персональных выставок за границей и в России. Айвазовский Иван Константинович был почетным членом европейских художественных академий: Римской, Амстердамской, Парижской, Флорентийской и других. Флорентийская Академия предложила ему написать автопортрет (ранее такой чести из русских художников удостоился только Кипренский).

Хаос. 1838. Картон, масло

Папа римский изъявил желание приобрести его картину «Хаос» для Ватикана


Лунная ночь на Кипре. 1871. Холст, масло. 28х40

А восхищенный творчеством Айвазовского знаменитый художник из Англии Уильям Тернер посвятил полотну «Лунная ночь» стихи на итальянском языке.


Вид на взморье в окрестностях Петербурга

1835. Холст, масло.

Перечень успехов можно продолжать до бесконечности, ведь, по словам одного из биографов Айвазовского, жизнь его была «одной из счастливейших человеческих жизней», «настоящей волшебной сказкой, богатой событиями и прекрасной, как чудный пленительный сон». Действительно, судьба художника, который родился в 1817 году в приморской Феодосии, складывалась исключительно успешно, хотя началась довольно своеобразно. Его рисунки детства на заборах исторического портового города Феодосии привлекли внимание и интерес таврического губернатора А.И. Казначеева, который и помог поступить Айвазовскому в Санкт-Петербургскую Академию художеств, где совсем скоро сам Николай I стал его почитателем и покровителем.


Дорога на Ай-Петри. 1894. Холст, масло. 41,5х59,5

Тем не менее художник мало походил на сказочного кудесника с волшебной палочкой. Одним из важнейших слагаемых успеха Айвазовского были исключительная работоспособность и продуктивность. За всю свою жизнь Иван Константинович Айвазовский сотворил примерно шесть тысяч полотен. Предвосхитив практику современных мастеров из «домов высокой моды», художник Айвазовский действовал как крупная фирма, у которой есть эксклюзив для богатых, есть массовая продукция, а также нечто для желающих иметь осколок известного имени, но не располагающих для этого большими деньгами. Помимо его полотен большой и средней величины, существовал и так называемый «подарочный» вариант, представляющий собой фотографическую карточку маэстро за мольбертом, где вместо картины в рамку вставлялся или наклеивался холстик размером с почтовую марку, но с неизменным инициалом «А» в углу.

Данте указывает художнику на необыкновенные облака.

1883. Холст, масло.

Такое огромное количество картин можно было написать, если только есть навыки техники быстрого письма. Об этой быстроте ходили легенды. Известно, например, что огромное полотно «Момент мироздания» (1864), вариант повторения «Хаоса», было написано за один день. Айвазовский сам несколько бравировал своими возможностями и даже изредка демонстрировал почитателям творческий процесс как некий фокус: картину он начинал писать с чистого холста и на глазах изумленных впечатлениями зрителей за час-два совершенно заканчивал ее. Так, в присутствии генерала А.П. Ермолова в течение порядка двух часов был создан «Вид кавказских скал у берегов Черного моря».

Овцы на пастбище. 1850-е. Холст, масло. 60х89,5

Скорости работы способствовала удивительная память Айвазовского. Известно, что в начале творческого пути Иван Айвазовский пытался писать пейзажи с натуры: выходило и долго, и скучно, в то время как виды, написанные по памяти, оказывались свежими и эмоциональными. Поэтому художник очень быстро отказался от работы по натурным этюдам и эскизам, делая лишь беглые зарисовки в альбоме. Такая система предполагала предельную сосредоточенность и концентрацию внимания.

Итальянский пейзаж. Вечер

1858. Холст, масло.

Необходимость писать по памяти получила у Айвазовского теоретическое обоснование. Айвазовского часто копировали и подделывали. Антикварный рынок наводнен поддельными «Айвазовскими». И хотя фабула и внешние особенности манеры художника легкодоступны копиистам, секреты его достаточно изощренной технологии остаются от них скрытыми, а его уверенное мастерство недоступным. Особенно далеко имитаторам Айвазовского до его профессиональной точности в изображении оснастки кораблей. Летом 1838 года юный Иван Константинович принял участие в маневрах военного флота у берегов бывшего владения Дадианов - Мингрелии. В то время он и познакомился с вице - адмиралом русского флота, героем Крымской войны В. А. Корниловым, русским флотоводцем и мореплавателем адмиралом М.П. Лазаревым и отличным моряком, который единственным смыслом и целью своей жизни считал службу на флоте - адмиралом П.С. Нахимовым. Они с охотой объясняли живописцу как устроены корабли. Его знания о том, как судно кренится под ветром, тонет или горит, были точными, а не приблизительными. Даже секретные детали конструкций российских военных кораблей того времени были ему знакомы. В доме Айвазовского в Феодосии была собрана богатая коллекция моделей парусников, а гибель русского флота во время неудачной Крымской кампании художник переживал как личное горе.

Пейзаж с парусником. 1855.

Бумага, папье-пеле, графитный и итальянский карандаши, процарапывание.

Как обширное наследие Айвазовский подарил всему человечеству и портреты, и жанровую живопись, и равнинные пейзажи, и композиции на библейские темы. Однако его творчество осталось узкоспециализированным. «Сухопутный» Айвазовский, как правило, сильно уступал его же морским пейзажам. Главной заслугой Айвазовского можно считать заложение фундамента в разработку мотива, до него не уделявшего особого внимания русских художников и основательно забытого западноевропейскими мастерами, — море как самодостаточная стихия, море как тема. В XIX веке художники в основном писали море у берегов. «Айвазовский... работает скоро, но хорошо: он исключительно занимается морскими видами, и так как в этом роде нет здесь (в Италии) художника, то его заславили и захвалили», — Так Александр Иванов объяснял причину грандиозного успеха Айвазовского.

Девятый вал. 1850. Холст, масло

Найденной теме гениальный художник не изменял всю жизнь, разрабатывая ее с неослабевающей увлеченностью. Море у него приобрело значение символа, всеобъемлющей метафоры. Это арена действия и недавних исторических драм, и событий библейской истории. Как метафора поэтического вдохновения (недаром на фоне моря в картинах появляются Пушкин, Данте, Сафо) его море ассоциируется с цитатами из школьной хрестоматии: от «Белеет парус одинокий...» до «Прощай, свободная стихия...», причем шедевры русской поэзии словно подкрепляют, поддерживают пейзажи мариниста. Море Айвазовского — это и метафора человеческой жизни, превратностей судьбы (аналог средневекового колеса фортуны). Недаром Крамской вводит изображение одной из лучших работ Айвазовского — «Черное море» — в свою картину «Неутешное горе» — как знак судьбы с ее взлетами и падениями.

Радуга. 1873. Холст, масло

Как истинному романтику Ивану Константиновичу нужен был огромный масштаб, его привлекала сама природа с ее сенсациями: наводнения, водопады, штормы, крушения. Художник навсегда сохранил в душе потрясение, полученное от «Последнего дня Помпеи» Карла Брюллова. Секрет воздействия полотен Айвазовского — в прямом эмоциональном подключении зрителя. В его лучших работах — «Девятый вал», «Черное море», «Радуга», «Среди волн» — море удивительно реально.


Буря на Ледовитом океане. 1864. Холст, масло

Вспоминается ужас первых зрителей кинематографа, которых пугал вид мчащегося навстречу поезда, заставляя пригибать голову. Также замирало у современников сердце и перед картинами Айвазовского: а если накроет, а если захлебнешься, а если утонешь? Ощущения простодушных зрителей отлично описал в своем письме к художнику генерал А.П. Ермолов. Из слов этого письма понятно, что картины Айвазовского приводят чувства зрителя в панический страх перед стихиями природы, от бури и волн, не находя спасения от погибели. Но, одновременно с этим, другие его шедевры заставляют изумленного зрителя провести на берегу незабываемую, сказочную и восхитительную ночь, наслаждаясь спокойствием моря при свете фантастической луны.

Туманное утро в Италии. 1864. Холст, масло

Действительно, Айвазовский любил работать на контрасте: грозная буря, холодный ветер и — ласковый покой предзакатного часа или тишина ночи. Часто он делал парные картины одного размера с противоположным настроением, например, из собрания Феодосийской картинной галереи, носящей его имя, — «Буря на Ледовитом океане» и «Туманное утро в Италии».


Взрыв Аркадионского монастыря. 1867. Холст, масло.

Поражает и общественный темперамент художника. Он был истинным благодетелем своего края: на собственные средства отстроил в любимой приморской Феодосии археологический музей, концертный зал, финансировал археологические раскопки, основал Феодосийскую галерею картин и библиотеку, организовал художественную школу под названием «Общая мастерская».


Овцы, загоняемые бурей в море.

Эскиз. Фрагмент. 1861. Холст, масло.

В творческой жизни гениального Айвазовского есть парадоксы. Он был русским художником, хотя по воспитанию он был армянин, а по происхождению - турок. Всю жизнь писал «свободную стихию», числился крупнейшим мастером позднего романтизма — и был самым любимым гениальным художником Николая I. Он носил мундир в качестве «живописца Главного морского штаба». Общался с Брюлломым и его «братией», но не любил участвовать в их кутежах и вообще не принимал богемного образа жизни. Романтизм творчества Айвазовского бесконфликтно уживался с прагматизмом и практицизмом в жизни. В результате его личность обрастала реальными и придуманными анекдотами с элементами фарса. Весьма показателен случай со стадом овец, принадлежащим Айвазовскому. Напуганные бурей, овцы бросились в море с обрыва и погибли. Тогда Айвазовский написал на этот сюжет картину, удачно ее продал и на вырученные средства приобрел новое стадо.


Корабли в бурном море. Восход солнца. 1871.

Холст, масло.

Айвазовский Иван Константинович прожил долгую и интересную жизнь (он умер в 1900 году), соединив в себе две эпохи, две половины XIX столетия. Ему довелось лично общаться с Пушкиным, Брюлловым и Крамским. На его глазах менялась политическая ситуация, рождались и умирали эстетические течения. Но они его словно и не касались. Его море штормит и волнуется, его парусники треплет ветер и разбивает в щепы буря, но сам он неколебим как скала. Невероятно популярный при жизни, Айвазовский и для современных зрителей нашего времени вызывает неподдельный восторг у зрителей, за его произведениями «охотятся» музеи, аукционы и частные коллекционеры. На международном художественном рынке Айвазовский — один из самых ценимых и дорогих русских живописцев.


 

 

Это интересно: